Потомку Генриха I и Отгонов не следовало говорить о саксонской дикости и гордиться преимущественно своим греческим происхождением.
Герберт не заставил долго ждать ответа. Письмо находчивого философа было следующего содержания: «За вашу чрезвычайную доброту, которую вы мне оказываете, призывая к себе на службу, может быть, я не сумею заплатить действительными заслугами, и мне придется ограничиться одними только пожеланиями вам всех благ. Если слабая искорка знания и тлеет во мне, то ее разожгла единственно ваша слава; еще ваш знаменитый родитель питал ее, а в первый раз зажег ваш великий дед. Потому нельзя даже сказать, чтобы мы принесли вам жертву, если бы решились отказаться от епископства: мы тем самым только возвратим то, что получили от вас же. Еще менее возможно для нас дать вам что-нибудь, чего вы бы уже не имели или не могли помимо меня приобрести, как то доказывают ваши стремления благородные и вполне достойные вашего великого сана.