Гонщик Григорьев

На последний идти вновь Григорьеву. Отрегулировано буксующее сцепление, заменены колеса. Гонщик тщательно крепит к шлему шланг, по которому вентилятор гонит свежий воздух. Застегивает накидку между шлемом и плечами — она защищает от пыли. Затягивает широкий предохранительный пояс. Боб предупреждает — будь осторожен, не работает стартер.

Григорьев срывается с места. Наш экипаж идет вторым в классе и 28-м в абсолютном зачете. Опускается ночь. Борьбу продолжают лишь треть участников. По каменистой пустыне шарят фары. Как там наш автомобиль? Потом Григорьев расскажет, что весь круг руль приходилось стискивать обеими руками. При переключении передач еле хватало сил держать его одной рукой.

В 21.30 кончился аккумулятор — погасли фары, затих мотор. Соперники в пыли и тьме проносились мимо. Неудача — мята оказалась горькой на вкус. Что поделать, очень много энергии приложила команда «США—СССР», но не хватило малости — четкой организации работы обслуживающей бригады. Боб не успел выставить свой автомобиль на тренировку. Трудно его упрекнуть — он крутился как любой американец, стремящийся схватить Госпожу Удачу за руку. «Но все еще впереди, — заметил Курило, — АПН, которое я представляю, готово поддерживать команду «США—СССР».